Колонии всего мира рапортуют о новых методиках работы с заключенными. Одна из них - перевоспитание через общение с животными.
Применять ее на Западе начали пару лет назад. А в колониях Мурманской области такое соседство с животными не навязывают, оно просто есть и уже очень давно. И, как отмечают сами заключенные и те, кто с ними работают - животные способны изменить даже самого закоренелого преступника.
Вход рубль - выход два. Зубастые псы стерегут заключенных день и ночь. Служебная собака - первое животное, с которым сталкиваешься, попав на зону. Она напарник охранника.
Говорят, что собак заключенные не любят - подручные конвоиров. Неправда. Просто держать пса в тюремной камере нельзя. Чего не скажешь о кошках. Сколько десятков пушистых питомцев ходит по зоне, никто не возьмется считать. Но точно - в каждой комнате есть хотя бы один кот.
Этого инопланетянина зовут Тюбик - он кот полка. Но чаще приходит к Павлу. Тот еще на свободе прослыл любителем кошек.
Кошки даже за решеткой в отличие от заключенных гуляют где хотят. Барсики в комнатах, коридорах, на улице и в мастерских. У мастеров церковной утвари в ревденской колонии под каждой лавкой и на каждой столешнице по коту. На голову готовы залезть в поисках внимания занятого хозяина.
Сергей уже четвертый год пишет картины в колонии. Впереди еще много лет за колючей проволокой, но и за это время он успел многое переосмыслить.
Специалисты говорят - животные за решеткой способны изменить сознание заключенного так, как не изменит и опытный психолог. Быть может потому, что кошка искренне любит и праведника и грешника, хочешь - не хочешь, а на ее чувства ответишь.
Кролики это не только ценный мех, но и бесплатная терапия для закоренелого преступника. Александр Андреев отсидел в Мурмашах, перевелся в Ревду. Вот уже 11 лет он ухаживает за тюремным хозяйством. Поднимал численность кроликов и поросят.
В ревденской колонии поголовье хрюшек небольшое. Ухаживают за ними всего три человека. Но опыт есть у всех. Сам Александр военный в отставке, занимался фермерством в Алакуртти. Сейчас хочет начать жизнь с чистого листа. Ждет досрочного освобождения.
Свою дальнейшую жизнь без животных уже не видит. Убедился в том, что люди, обзывающие друг друга свиньями, далеки от истины. Подлянок хрюшки друг другу не делают. Характер у них мягкий. Могут, правда, отсвинячить соседу ухо, но это от поросячьей нежности. Правда, вот заведет свою ферму Александр Андреев из чисто меркантильных соображений.
А иногда в колонии животноводы сталкиваются с совсем уж экзотичными экземплярами. Болотный бобр - он же нутрия. Животное мелкое, но опасное. Цапнет за руку - человек умрет от заражения крови. Да сами нутрии друг с другом на ножах, вернее на зубах.
Одно время колония продавала нутрятину. По 90 рублей кило. Говорят, мясо нежнее, чем у кролика. Правда, забивать нутрий жалко. «Умницы», - вздыхают заключенные. А если рецидивист, отсидевший не меньше 7 лет, задумался о милосердии - маленькая, но победа для исправительной системы.
Еще один экзот - акулий сом, зовут Федя. Он гость из Японии, там считается священной рыбой - питается белым хлебом и мальками, на зоне лопает что дают.
Рыбок много во всех тюрьмах. На аквариуме отдыхает замыленный однообразными пейзажами глаз. А ухо отдыхает, когда слышит необычный для колонии звук.
Начальник ИК-18 Игорь Богданов обменял поросенка на четырех гусей. Птицу в тюрьме до этого не держали. Утверждает, что живность положительно влияет на заключенных. Не важно, четырехногая или пернатая.
Следующий шаг - усадить гусыню на яйца, а как потеплеет, вырыть для перепончатых бассейн. Заключенным птица понравилась характером, а охранникам - темпераментом.
Заслуга пернатых, четырехлапых, лохматых и не очень в деле исправления злостных преступников доказана многолетней практикой. Если хоть одно живое существо любит тебя - значит, не пропащий человек. Вот только большинство таких докторов, в отличие от их подопечных, никогда не увидят свободу. Одних съедят, другие умрут от старости. Единицы выйдут вслед за своим хозяином. Но если у кошки девять жизней, то почему бы не потратить одну на спасение чьей то души?
