Поток беженцев через российско-норвежскую границу прекратился. Дверь для мигрантов закрылась. Почему? И как в стране фьордов живут те, вынужденные переселенцы, которые успели пересечь пограничные пункты до изменения норвежского законодательства? Наш корреспондент Владимир Школьников побывал в Норвегии и посетил временный лагерь эмигрантов.
Мы побывали во временном убежище в приграничном городке Нэйтан. Там нет ни школы, ни магазинов, беженцы там фактически отрезаны от цивилизации. Впрочем, давайте посмотрим сюжет.
Во дворе бывшего рыбацкого отеля, а ныне - перевалочного пункта для беженцев дети беззаботно играют в мяч. И не сказать, что несколько месяцев назад они своими глазами видели войну. Во временном приюте для мигрантов сейчас живут около ста человек, и большая часть из них - именно дети. История, как люди попали сюда, у всех одна - война.
Рена Антер, беженка из Сирии: «Я отправилась в Норвегию, чтобы спасти свою жизнь и жизнь моих детей. Это очень сложно - 4 года войны. Это страшно. Мы боялись каждый день, каждую минуту».
Осман Шейх-Осман, беженец из Сирии: «Начали резать головы. Начали убивать людей. Просто ужас там. Мы все убежали через границу с Турцией. Пешком. С детьми, просто так. Сидели один день на границы, потом, наконец, Турция решила открывать границу».
Осман говорит, что когда конфликт закончится, он хочет вернуться обратно в Сирию. Там у него дом, много друзей, и бизнес - Осман владел сетью аптек в своем городе. Учился на фармацевта, кстати, в Петербурге, в институте Мечникова.
В Норвегии устроился хорошо - над головой есть крыша и мирное небо. Правда, работать норвежцы беженцам не разрешают, пока не оформлены все документы. Сейчас все эти мигранты находятся в стране на птичьих правах. Окончательное решение - разрешат остаться в стране, или выдворят за её пределы, здесь пока не получил никто.
Хэйли Амда, управляющая приютом для беженцев: «Я надеюсь. Надеюсь, что норвежское правительство разрешит им остаться. Почему нет? Посмотрите на них! Это же дети! Всего лишь дети!»
Одна из проблем, с которой столкнулись беженцы в этом приюте, медицина. У Алтель-Иман Зухеры заболела дочка. Но в город, к врачу, больных возят только в крайнем случае. Похожим образом дела обстояли и на границе.
Алтель-Иман Зухера, беженка из Сирии: «На российской границе мы, наверное, 5 или 6 часов провели. А потом, на норвежской мы 10 часов ждали. И пока моя дочь - у неё есть проблема, у неё анемия и кровотечения из носа, когда она очень устает. Пока они это не увидели, что у неё кровь течет, они не взяли нас, не перевели в Киркенес».
