На Кольском полуострове десятки тысяч рек. В многих из них, в тех, что впадают в Баренцево и Белое моря, водится семга. С древних времен коренные жители – саамы, норвежские колонисты, русские поморы ловили ее, кормились и называли семгу «царской рыбкой».
Каждый год атлантический лосось заходит из северных морей в пресную воду, идет вверх по течению для того что отложить икру. А через год в речке появляется потомство, растет тут, а затем вновь скатывается в море для того, чтобы нагулять вес. А потом вновь возвращается в речку на нерест. И так продолжается раз за разом, из года в год, много миллионов лет.
Запасы рыбы в морях и океанах снижаются. И многие страны, например, наши соседи норвежцы, уже давно нашли выход - разведение рыбы в садках. Они уже завалили семгой всю Европу. В России рыбоферм пока немного. Но наши рыбоводы делают ставку на иные способы пополнения рыбных запасов - выращивание лосося из икры. И в этом деле они добились больших успехов.
В советские годы в на Кольском полуострове были 4 рыбоводных завода. Один в Тайболе – на реке Кола не пережил тяжелых 90-х – из-за недостатка средств закрылся. Но продолжают работать три – в Ковде, Кандалакше и Умбе. Ежегодно они выращивают из икринок сотни тысяч мальков и выпускают их в реки.
Каждый завод – это небольшой, но опытный коллектив рыбоводов. Традиции забора икры и выращивания молоди передаются из поколения в поколение.
Стаж работы некоторых рыбоводов 40 и более лет. Александра Евгеньевна Бакулина о семге знает все. Всю свою жизнь она занимается воспроизводством атлантического лосося.
Ее рабочее место – река. Вот сейчас мы присутствуем на Коле, в районе поселка Магнетиты. Тут расположены рыбоучетные заграждения. Большими сетями реку перегораживают. Время от времени рыбаки извлекают из сеток самых крупных особей – в определенной пропорции самок и самцов. Мелочь отпускают на волю.
Александра Бакулина, рыбовод: «Нездоровая. Во-первых, чешуя должна быть без трещин, без потертостей».
При этом всю рыбу пересчитывают, замечают, сколько зашло в речку дикой семги, а сколько заводской, выращенной в прежние годы в икры. Определяют просто: у заводской срезан жировой плавник. Самых крупных особей помещают в садки, где они будут дожидаться осени.
А это уже осень, первый морозец, вода в реке вот-вот будет скована льдом. Дикая семга начинается нереститься. Самки сбрасывают икру, самцы тут же ее оплодотворяют.
Рыбоводам надо точно вычислить - по температуре воздуха и воды, состоянию рыб – когда начнется этот процесс. В один прекрасный день наступает время дойки семги.
В палатке, расположенной на берегу реки, как в операционной, чистота, четкость и быстрота движений.
Процесс искусственного нереста довольно прост. Сначала в тазу собирается икра нескольких самок. Семгу доят осторожно, но стараются сделать это как можно быстрей.
Александра Бакулина, рыбовод: «Она через неделю в нормальное состояние приходит, как у женщины животик потягивается, и она готова».
Затем наступает дойка самцов. Тут сложней – не каждая рыба готова дать нужное количество семени.
Александра Бакулина, рыбовод: «Так давайте самцов».
А дальше – дело техники. Икру и молоки надо смешать с водой. Наступает тот момент, когда происходит чудо зарождения жизни.
Уже через пару минут в каждой начнется сложнейший биологический процесс – затвердевшую икру помещают в воду набухать.
Александра Бакулина, рыбовод: «Процесс кропотливый, потому что есть такие стадии пошевелишь лоток и может пойти отход, чувствительность .. к кислородному голоданию чувствительность».
Дальше остается только ждать – икра отправится на рыбоводный завод, где проведет всю долгую зиму.
Александра Бакулина, рыбовод: «Семга – это медленно растущая рыба. Дальневосточный лосось быстрей растет, а семга медленно. За год он вырастает до двух с половиной граммов».
А это уже сам рыбоводый завод. Тут, в прохладном помещении в абсолютной темноте идет процесс вызревания икры. К весне, если все пойдет хорошо, из каждой икринки появится маленькая рыбка весом в десятую часть грамма.
День ото дня она будет набирать силы и к будущей осени станет двухграммовой сеголеткой.
В особом уходе мальки не нуждаются - кушают по крошке в день. И так растут целый год. И лишь раз сеголеток тревожат - обрезают у мальков жировых плавничков.
Жировые плавнички обрезают чтоб пометить рыбу - чтобы потом знать: если с плавником, значит дикая, если без него - выращенная на заводе.
Александра Бакулина, рыбовод: «Обязательно чтобы были перчатки на руках, чтобы рыбка не получила ожог».
Труд нелегкий, две тысячи мальков за смену, 400 тысяч, за зиму.
А по весне, в апреле - мае, семужье потомство отправляют в речку.
Первый выпуск проводят, обычно, когда лед на реках стоит – для этого либо ищут естественную промоину.
В контейнерах — температура плюс один градус по Цельсию, никакого света. Мальков сачками перегружают в ведра, аккуратно, чтобы ни одна рыбка не сбежала. Все вручную. Дальше мелочь переселяют в большие пластиковые пакеты, в которых оставляют необходимый запас воздуха.
Процедура выпуска – кульминация всего технологического процесса. Рыбок выпускают именно в ту реку, из которой были изъяты их родители, чтобы не изменять структуру популяции.
Но вот пригорело солнце, потекли ручьи и реки освободились ото льда. Для рыбоводов наступает еще один этап выпуска мальков. Этим процессом руководит еще один ветеран Мурманрыбвода Елена Колосова.
Она трудится на Княжегубском рыбоводном заводе – за 40 с лишним лет. Получается, что за это время она вырастила десятки миллионов хвостов атлантического лосося.
Выпускают рыбу в разные реки. В Колу - больше, в мелкие речушки – поменьше.
В последние годы Мурманрыбвод по рекомендациям ученых Полярного научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии зарыбляют малые реки, в которых поголовье семги пострадало от браконьеров.
Вот одна из таких рек – Средняя, она протекает вблизи Североморска.
Игорь Самохвалов, научный сотрудник ПИНРО: «Здесь обитает кумжа, но продуктивные возможности гораздо больше. Поэтому есть возможность выпуска и дополнительного выращивания семги».
Сергей Юдков, корреспондент ТВ-21: «Эту икру взяли осенью 2014 года в речке Кола, уже через полгода на свет появились мальки, вот сегодня годовики весят около 4 граммов».
Из рыбовоза по шлангу вместе с водой мальки выливаются в речку. Через несколько дней они освоятся в этих заводях и на бурных перекатах, проживут тут два-три года. После чего скатятся в море.
Игорь Самохвалов, научный сотрудник ПИНРО: «У семги хоминг возвращает ее в те места, откуда она скатилась в море, то есть непосредственно перед этим у нее формируется память - запах реки, вкус».
Ученые внимательно следят, сколько рыбы возвращается в реку из моря на нерест, как много заводской.
Марина Семенихина, начальник отдела воспроизводства «Мурманрыбвода»:«Вы знаете, бывает такая пропорция, что из ста зашедших в ловушку, бывает и тридцать и сорок заводских. То есть для реки Кола видно, что заводская рыба заходит.
Ежегодно заводы «Мурманрыбвода» выращивают 800-900 тысяч мальков семги – и выпускают всю рыбу в речки Кольского полуострова.
Дело это не легкое и недешевое. Каждый малек обходится не в одну сотню рублей. Тут на помощь приходят крупные промышленные предприятия.
Кольская ГМК впервые участвует в таком проекте. Вклад предприятия в дело воспроизводства стада атлантического лосося – 55 887 мальков.
Евгений Курбатов, зам. начальника управления научно-технического развития и экологической безопасности Кольской ГМК: «Надеемся, что они приживутся, переживут стресс, нагуляют вес и вернутся в реки Мурманской области».
Да, речка Средняя не была богата рыбой. Но теперь обитателей прибавилось.
С каждым годом мальки будут крепнуть. А через пару лет решатся отправиться в дальнее путешествие – в море. Там, в соленой воде, богатой планктоном, рыбка нагуляет вес, приобретет серебристую окраску.
А однажды весной снова зайдет в речку. Именно в ту, в которую ее выпустили рыбоводы. Так из года в год поддерживается поголовье атлантического лосося - царской рыбы сёмги.
