Владимир Потанин на «России 24. Норильск» рассказал об инвестпрограмме «Норникеля», а также о социальных и инфраструктурных проектах ГМК в Норильске.
В .Потанин: Стратегия нашей компании весьма амбициозна. До 2023 года мы предполагаем вложить около 1 трлн рублей в развитие, модернизацию и решение экологических проблем. Программа реализуется в условиях, когда большинство наших западных конкурентов сокращают свои инвестпрограммы. У ГМК, напротив, появился дополнительный аппетит к инвестициям, к улучшениям, к повышению эффективности. Во всем, что мы делаем, мы впереди планеты всей. И это вселяет уверенность в том, что все задачи, которые мы будем ставить, мы способны решать.
Первый вопрос ведущего касался стратегии развития компании.
- Я бы ответ на этот вопрос начал с короткого рассказа о том, что стратегия нашей компании весьма амбициозна. До 2023 года мы предполагаем вложить около 1 триллиона рублей в развитие компании, в ее модернизацию и в решение экологических проблем. Причем, собственно, на решение экологических проблем и связанных с этим инвестиций мы предполагаем израсходовать порядка 250 миллиардов рублей. Это очень существенная сумма, это очень амбициозная программа. Хотелось бы подчеркнуть, что эта программа реализуется в условиях, когда большинство наших западных конкурентов сокращают свои инвестиционные программы, когда период оптимизма на рынке производимых нами металлов прошел у наших конкурентов. И, напротив, у компании «Норникель» появился дополнительный аппетит к инвестициям, к улучшениям, к повышению эффективности. Образование кластеров это лишь один из тактических способов на пути достижения такой эффективности. Для нас важно понять, как внутри компании взаимодействуют различные подразделения, различные производства.
Например, для нас достаточно очевидным является то, что площадка «Североникеля» на Кольском полуострове становится все больше органически связанной с норильской промышленной площадкой. На норильской промышленной площадке мы создаем самый крупный в мире обогатительный комплекс, самый крупный перерабатывающий комплекс, я имею в виду плавильный комплекс. Получается вот такой кластер. <…>
- Я как коренной норильчанин, всю жизнь смотрящий из своего окна на трубы Медного завода и вдыхающий аромат Никелевого завода, для себя отметил, что действительно, после того, как Никелевый был остановлен, дышать в городе стало легче. Тема экологии для компании сейчас актуальна, как никогда. Какие шаги по решению экологических задач будут предприниматься далее? Ну, вот, например, в частности серный проект, про который сейчас много говорится. Что это за проект? И какие риски в связи с его реализацией возможны для компании?
- Это очень серьезная проблема и ее серьезность многократно увеличивается тем, что проблема очень значимая для города, для всех, кто живет здесь, а, с другой стороны, этой проблеме недопустимо долгое время не уделялось должного внимания. Я думаю, ни для кого в Норильске не секрет, что комбинат строился без учета того, что когда-нибудь нужно будет вот эту серу улавливать. Серы мы выбрасываем ни много, ни мало - миллион тонн, если в пересчете на серу. Поэтому, исходя даже из этих двух посылов, понятно, насколько это сложная и технологически, и ресурсно задача. Тем не менее, я думаю, что мы имеем основание сказать, что компания от слов в этом вопросе перешла к делу. И это не только закрытие Никелевого завода, который, на мой взгляд, являлся таким символичным шагом.
Мне многие коллеги рассказывали, что они, когда поступали на работу в 80-е годы, например, в конце 80-х годов, уже была речь о закрытии Никелевого завода и каждый год объясняли, что чуть ли на следующий год случится. И, тем не менее, годами, десятилетиями этого не происходило. Поэтому помимо положительного воздействия на атмосферу города, как я понимаю, где-то на 30-35 % выбросы сократились в черте города. Это имеет большое символическое значение, значит, компания способна крупные, масштабные, тяжелые шаги делать и достигать успеха.
Задача стоит к 2023 году на 75 % снизить выбросы серы в атмосферу, то есть, достигнуть тех нормативов, которые предписаны нам законодательством и которые оздоровят обстановку в НПР. Я мечтаю, что когда-нибудь мы сможем заговорить о Норильске не только как об индустриальном центре, но и как о месте, привлекательном для туризма. <…>
- В Норильске спорт очень компанией поддерживается. Давно, на больших оборотах вся эта работа ведется. Весь город говорит о матче Ночной хоккейной лиги. Я знаю, что вы тоже играете в хоккей. Это для вас что-то личное, либо это социальная политика компании? Для чего все это делается?
- Начну с того, что скажу, что я очень рад, что в Норильске появится, уже будем считать, появилась, команда Ночной хоккейной лиги. Я сам хоккей очень люблю. С детства болельщиком был. Никогда не занимался, ни играл профессионально, но, тем не менее, хоккей всегда любил. Поэтому то, что сейчас к этому движению всенародному Ночной хоккейной лиги присоединяется Норильск, я этому очень рад. Во многом ради этого, чтобы дать вот такой импульс развития тем, кто в Норильске увлекается хоккеем или готов увлечься, я и попросил своих друзей из числа наших выдающихся мастеров хоккея приехать и своим мастер-классом, встречей с болельщиками и вот этим матчем поддержать этот энтузиазм, который как мне кажется, начинает зарождаться. <…>
Что касается меня лично, я уже сказал, что я хоккей очень люблю, и давно. Играть на более серьезном уровне я начал с мастерами недавно, чуть больше двух лет назад, и для меня это, во-первых, очень большой выплеск эмоций. Это очень эмоциональный, очень умный вид спорта. Хотя в хоккей играют и женщины, конечно же, это мужской вид спорта и, соответственно, он позволяет и адреналин выплеснуть, себя показать, на других посмотреть. Ну, и потом, это очень командный вид спорта. Пожалуй, один из самых командных видов спорта, где уж один в поле не воин прям совсем, особенно в современном хоккее, когда много движения, много атлетизма, борьбы. Поэтому для меня это, если хотите, если можно немного идеалистично и романтично - это способ продления молодости. Когда я выхожу на площадку, я ощущаю себя молодым. Это прекрасное ощущение. Я сочувствую тем, кто его не испытывал никогда. <…>
