Сейчас оно расположено в малом зале учебного заведения. Но в 1969 году задумывалось и создавалось как украшение — фасада здания, сообщает Медиа Центр.
Александр Асафов, художник, архитектор: Это тоже очень редкий случай, вообще, для мозаик советского периода, которые у нас, как правило, в плохом состоянии находятся в России, здесь как раз обратное — руководство колледжа продемонстрировало пример правильного и трепетного отношения к монументальному художественному наследию.
Площадь мозаичного полотна — 81 квадратный метр. Его создатель — художник Валентин Малыгин. Он работал вместе с ассистентом Владимиром Смирновым. На мозаике запечатлены: танцевальный ансамбль, скрипач, вокалистка и композитор. Но искусствоведы отмечают главную особенность — отсутствие идеологической подоплеки, характерной для советского времени.
Надежда Чибизова, дочь художника Валентина Малыгина: Я прекрасно помню этот эскиз, он был такой яркий, живой, просто было не оторваться от этого полотна. Помню, конечно, как они работали, как они выкладывали эти камешки, меня пугало, как же можно такой красивый узор залить цементом и эти камешки не сдвинутся.
Кусочки смальты не сдвигаются благодаря цементной основе, — рассказывает Александр Асафов. Он возрождает в Вологде советское мозаичное искусство. В мастерской отца — художника Генриха Асафова открыл небольшую студию. И вместе с молодыми архитекторами по советским технологиям создает — уже новые произведения.
Александр Асафов, художник, архитектор: Смальта — это сплав стекла с оксидами металлов, так называемый, это материал, известный со времен Древнего Египта. Спустя несколько тысяч лет смальта появилась в византийских мозаиках, в религиозных мозаиках. Потом она к нам на Русь пришла вместе с христианством. А, вот, советский период — это станции метро московские и крупные объекты социальные, и они потом пошли по всей стране постепенно.
Так, кусочек за кусочком в течение недели сложится цельная картина. Но возможности смальты шире — кроме панно из тысячей деталей можно складывать вазы, шкатулки. И эти забытые технологии еще только предстоит возродить, а, может, — и создать заново.
