Кольский полуостров Лев Васильевич Журин прошел вдоль и поперек. Ему было 25, когда занялся поисковой работой.
Лев Журин: Сопки белые от костей. Я думал, это снег. Подошел, нет, это кости солдат. Тоже похоронных отрядов нет. Бросили солдат, они валяются. Я значит, пишу туда-сюда, а мне: дурак! Это фашисты, ты очернитель. Это фашисты, пусть они валяются. А я посмотрел, обмундирование-то наше, ботиночки наши, противогазы с трубкой тоже наши.
Каких только слов не приходилось слышать в свой адрес, как только его не пытались усмирить, а он, словно не слышал, будто назло всем вел свою поисковую деятельность. А все потому, что сам Лев Журин знает о войне не понаслышке, финская, Великая Отечественная, война с Японией - вот столько войн пришлось на его век. В 1941 с родителями уехал на Дальний Восток. Школу пришлось оставить, пошел работать. Взяли на судоверфь чертежником. Эти военные годы по тем меркам пережили благополучно. А вот в японской чудом остался жив. Ему было всего-то семнадцать, когда призвали в армию. Вручили автомат. И отправили на Сахалин, отстаивать территорию. Таких мальчишек, как он, была целая рота, 140 человек.
Лев Журин: Начался ночной бой. Жутко вспомнить, конечно. Нас из пулеметов расстреливали, минометов. Бой заканчивается, убитых полно. Не троньте, это не ваше дело! Придут похоронные отряды, они и захоронят. И что хоронили? Похоронные отряды? Да их не было! На деревьях висели внутренности солдатские, кровь капает, они висят. Ужас. Я как вспомню. Я потом, когда вернулся в Мурманск, несколько лет кричал по ночам.
Вернулся в Мурманск солдат Журин только через семь лет службы на Сахалине. Здесь, на родине, и остался. Работал в морском порту, удостоен звания Почётный гражданин Мурманска и области. Имеет множество наград.
Сегодня Льву Васильевичу Журину - 93. И мыслями он по-прежнему где-то там, в сопках. Говорит, еще не всех солдат захоронили и эту работу надо продолжать! В канун Дня Победы принимает поздравления и подарки.
Юлия Аверина, Виталий Попков. ТВ-21.
