Знаете ли вы, что такое норвежский скрей? Оказывается, это наша треска, которая проплывает огромные расстояния из Баренцева моря в Норвежское. Рыба идет туда к местам нереста. Почему она так популярна в Европе и как устроен бизнес по рыбоперераработке в соседней Норвегии в нашем сюжете.
Мы находимся в местечке Бренсхолмен. Это небольшой рыбацкий поселок. Кораблей сегодня не видно из-за сильного ветра. Но здесь расположена семейная фабрика по переработке рыбы.
Перед самой экскурсией в цех о себе рассказывает владелец семейного бизнеса 33 летний Ингвар Лорентцен. Для нас просто Иван. Это в честь прадеда, который занимался торговлей с русскими. Здесь семья Лорентцена работает, здесь же и живет в рыбный сезон. Всю зиму и весну. Ну, а пока на сковородочке скворчат тресковые язычки расскажем вам о фабрике.
Кооператив среднего, по норвежским меркам, предпринимателя занимается приемкой и переработкой рыбы. В основном это треска. Здесь ее солят, сушат и добывают икру. 16 кг соли и 8 кг сахара на бочку. 1 к 2 - это называется царский посол. Такой продукт покупают предприятия Швеции. И делают ее в тюбиках.
Эта соленая треска больше шести килограммов. Она в полуготовом состоянии. Досушивать ее будут под португальским солнцем. Стоить она будет 78 норвежских крон.
Чтобы проверить степень солености, каждую рыбу простукивают. Постоянных работников на фабрике 12-13 человек. Средняя зарплата на таком производстве 154 кроны в час.
На наши деньги - это 1000 рублей - минус налоги. А они составляют 40%. В сезон нанимают дополнительных рабочих из Польшы, Литвы, Эстонии.
Русских работников здесь не бывает. Общий объем перераработки за год 8 тысяч тонн.
Предприятие развивалось сложно, рассказывает Иван Лорентцен. В 2008 даже было на грани банкротства. И он вынужден был взять долги и начинать работать. Сейчас бизнес, что называется, пошел.
У самого предприятия нет добывающего флота, это лишние расходы. Свежую продукцию закупают у рыбаков. В Бренсхолмене в высокий сезон с января и до Пасхи подходит на нерест треска, можно сказать - наша треска. Она проплывает огромные расстояния из Баренцева моря. Как говорят норвежцы, прямо к порогу нашего дома.
Суда, которые здесь промышляют, ловят неводами, ярусами, сетями от 500 до трех тысяч килограммов на маленьких корабликах. Средняя цена за рыбу 12-13 крон за кг - эту сумму получает рыбак.
Вот только расплатиться с рыбаками напрямую владельцы перерабатывающих фабрик не могут. В Норвегии существует договоренность с 1938 года между Росфисклагом - это союз рыбаков и рыбопереработчиков.
Росфисклаг полностью закупает рыбу у добывающего флота и гарантирует эту закупку по определенной цене. Она согласовывается 4 раза в год. Продавать ниже нельзя, только выше. Такая система позволяет рыбопереработке успешно развиваться.
Можно ли скопировать подобную систему и для нашей рыбопромышленности? Этот вопрос я задала профессору в области международных рыболовных отношений Вячеславу Зиланову, который вместе с нами также участвовал в экскурсии.
Вячеслав Зиланов: «У нас другие условия, изрезанность нашей береговой линии очень мала. Поселков осталось очень не много. Остальные в свое время оказались военизированными, недоступны».
Договориться о цене было бы возможно, но рынок сбыта рыбной продукции в России не столь успешен как в Норвегии.
Вячеслав Зиланов, профессор в области международных рыболовных отношений: «Потому что платежеспособность населения очень мала. Я сам свидетель и скажу прямо и тоже иногда говорю. Ну ладно, треску не будет брать моя хозяйка по 120 рублей килограмм, пусть возьмет за 96 рублей курицу. Хватит на всю семью».
Треску - норвежский скрей, готовить научили сначала у испанских поваров, затем инициативу подхватили и во Франции. Сегодня этот продукт хорошо известен на Западе. Рыбная отрасль и нефтедобыча сделала Норвегию самой богатой и стабильной страной в Европе.
