2016-й - год юбилейный для Мурманска. Ему исполняется 100 лет. В отличие от многих российских городов, образованных в дореволюционное время, мурманчанам должны быть известны имена отцов-основателей. Но, можете даже и не пытаться их вспомнить. Их фамилиями не названо ни одной улицы в городе, о них почти не говорят на уроках краеведения, похоже, о них совсем забыли. Корреспонденты ТВ-21 отправились в Санкт-Петербург, чтобы встретится с потомками первых изыскателей и восстановить историческую справедливость.
Светлана Солдатова журналист: «Это памятник первому реперному маяку - первому объекту на территории будущего порта. Правда, сто лет назад он выглядел не так. Потому что был сделан из дерева. А ставили его молодые инженеры из Санкт-Петербурга, которые добрались до мурманского берега на яхте «Любовь».
Судно вышло из Архангельска. Возглавил экспедицию Валериан Ляхницкий. Вместе с ним отправился студент Санкт-Петербургского института путей сообщения Георгий Наливайко. Люди они были молодые, (им не было еще и тридцати), образованные и повидавшие мир. Валериан, к примеру, только что вернулся со стажировки из Америки, где участвовал в строительстве Панамского канала. Оба были полны энтузиазма, ведь выполняли важнейшее государственное задание - определяли место для будущего порта, самого северного в тогдашней России.
Юрий Ляхницкий, внук Валериана Ляхинцкого: «В начале он был, значит, руководитель группы, потом руководитель изысканий. Дело-то в том, что… А кто еще мог это сделать? Конечно, путейцы только, да? Путейцы, водники из питерского, значит, вот этого института инженеров путей сообщения».
Юрий Ляхницкий и Владимир Наливайко - внуки тех самых первых изыскателей. Они живут в Санкт-Петербурге и дружат, как в свое время дружили их деды. Сегодня в старой питерской квартире в центре города они разбирают архив Валериана Ляхницкого. Поразительно, но семье удалось сохранить фотографии более, чем столетней давности. Вот он сам в популярной тогда матроске, его родители Евгений Анатольевич и Розалия Христофоровна, одноклассники по Варшавской гимназии, которую он закончил перед поступлением в столичный институт. Есть снимок, где вместе за одним столом он сидит со своим студентом и будущим соратником Георгием Наливайко.
Владимир Наливайко, внук Георгия Наливайко: «Он был очень, так сказать, молодым человеком, но, тем не менее, ну, обладал, так сказать, резкой… редкой по тем временам специальностью и… и обладал знаниями по этой специальности, поэтому, естественно, так сказать, он пользовался уважением нанятых сотрудников этой партии».
Юрий Ляхницкий, внук Валериана Ляхинцкого: «Да, конечно, они были молодые. А, представьте, работать в тех условиях? Да и работать с теми людьми? Там ведь тоже народ был очень разный, видели на фотографиях. Там и лопари, и какие-то зеки, может быть, бежавшие каторжники, судя по их облику. Мало ли, кого там приходилось принимать на работу?»
Их гнал вперед азарт первооткрывателей. О научном подходе к изысканиям говорит эти карты, составленные по итогам экспедиции: «Рыбачьи порты - убежища на мурманском побережье».
Изыскатели тщательно изучили возможности других бухт: Кислой и Горячинской гаваней, районов Рыбачьего полуострова и Кильдинского пролива. Но Валериан Евгеньевич сделал единственно правильный выбор - Южное колено Кольского залива между мысами Зеленый и Варничный.
Юрий Ляхницкий, внук Валериана Ляхинцкого: «Мне кажется, что здесь, вот, работа была, с одной стороны, очень трудная, с другой стороны, очень интересная, потому что, ну, это вот творческий такой процесс, когда от тебя зависит, где будет город, где будет порт. Ясно, что там, где будут заложены эти причалы, там потом построят и, значит, город».
Георгий Наливайко продолжил заниматься изыскательской работой и в советское время, жил в Архангельске, дослужился до генерала майора инженерных войск. Валериан Ляхницкий стал известным ученым, готовил инженерные кадры для великих строек, участвовал в создании портов и в Арктике и на Сахалине, в Сочи, и в Баку.
Но путешествие на Мурманский берег осталось для него одним из самых дорогих воспоминаний.
А этот снимок - выход из Кольского залива в Баренцево море до последних дней висел в его рабочем кабинете.
