Россия остро нуждается в создании федеральной красной книги почв, прообразом которой может стать аналогичный труд ученых СПбГУ, описывающий Ленинградскую область.
«Даже такая проблема, как дефицит полезных ископаемых, на данный момент стоит перед цивилизацией не так остро, как проблема дефицита продовольствия. Уже к 2050 году мы достигнем критического уровня пахотной земли на душу населения, что может обернуться глобальным голодом», — отметил профессор Санкт-Петербургского государственного университета доктор сельскохозяйственных наук Борис Апарин.
По его словам, лишь 22 % суши является плодородной, при этом ежегодно в мире выходит из оборота шесть миллионов гектаров пахотных земель. Всего же человечество за свою историю потеряло два миллиарда гектаров плодородной территории.
Ученый отметил, что в России на сегодняшний день распахано более 70 % черноземов, естественные же черноземы остались только в заповедниках и в музейных коллекциях. При этом 30 % пахотных земель деградировано: было засолено, загрязнено тяжелыми металлами, радиоактивными элементами и нефтепродуктами, а также лишилось значительной части важнейших для роста растений элементов.
«Все знают про красные книги животных и растений, но при этом мало кто задумывается, что невозможно сохранить флору и фауну при отсутствии красной книги почв, ведь именно почва является их средой обитания», — подчеркнул Борис Апарин.
Он посетовал, что административная защита почвы в России разделена между несколькими законами и не позволяет охранять ее как природное тело.
Единственным регионом, где принят закон об охране почвы, является Москва. Также лишь в ряде регионов России существуют красные книги почв, а работа над федеральным документом «Красная книга почв» далеко не завершена, сообщает пресс-служба СПбГУ.
Борис Апарин добавил, что ученые СПбГУ имеют положительный опыт по созданию такого рода справочника. «Нами была подготовлена красная книга почв Ленинградской области. На ее создание ушло шесть лет, при этом рабочая группа состояла из шести человек, в том числе и сотрудников Центрального музея почвоведения РАН», — пояснил профессор.
