Работы на глубине 60 метров. Водолазы Северного флота продолжают погружения к затонувшему транспорту «Томас Дональдсон», чтобы поднять на поверхность новую боевую технику времён Великой Отечественной войны. Из Баренцева моря репортаж Марка Протасова и Сергея Ломако.
Танк М4, известный как «Шерман», больше 70 лет провёл на дне Баренцева моря. Эту и другие машины на транспорте «Томас Дональдсон» переправляли в СССР по договору ленд-лиза. В третий раз специалисты Северного флота поднимают 30 тонные боевые машины на поверхность. Опыт таких работ есть, но в этом году операция носит уникальный характер.
Сразу два американских средних танка «Шерман» с транспорта «Томас Дональдсон» подняли впервые. Состояние оценивается как удовлетворительное, и после обработки они примут более пристойный вид.
Процесс подъёма танков осложнился не только количеством. Если в прошлые годы техника находилась вне корпуса затонувшего транспорта, то в этот раз водолазам пришлось работать преимущественно в трюме «Томаса Дональдсона».
Первыми внутрь отправляются необитаемые подводные аппараты. Здесь от операторов требуется не только доскональное знание своей техники, но и понимание - что и как расположено под водой. Оператор «Фалькона» Денис Устинов рассказывает - периодически приходилось использовать манипулятор для того, чтобы освободить аппарат.
Денис Устинов, оператор телеуправляемого подводного аппарата «Фалкон»: «Внимательность, куда залез, как залез. Следить за поведением аппарата. В общем-то, внимание нужно. Даже сейчас к вам не могу повернуться, потому что могу зацепиться в любой момент. На объекте много сетей. Краболовок, брошенных рыбаками в разное время, и видимость ухудшается время от времени. Можно потеряться».
Когда обстановка разведана, под воду идут водолазы-глубоководники. Специалисты с огромным стажем работают, что называется на пределе. 30, максимум 40 минут на глубине, чтобы повторить заход лишь через сутки. Это - предельно допустимый режим работы для человека на таких глубинах.
Евгений Любарский, водолаз: «Самое трудное в темноте - не пропустить, не зацепиться, постоянно бдить. А на таких глубинах это очень сложно сделать, так как мозг работает очень медленно при большом давлении. Поэтому всё делаешь медленно, с расстановкой, сначала подумал, потом сделал».
За сутки 10 водолазов совершают 5 погружений на объект. Работают обязательно в паре и только в первом из 3 трюмов, где расположены в основном танки. В других находятся, в том числе боеприпасы, которые могут представлять опасность. Цели конкретные: выполнить учебные задачи, и, только попутно, доставить исторически ценный груз на поверхность.
Александр Ульянов, заместитель начальника управления поисковых аварийно-спасательных работ Северного флота: «Мы не ставим перед собой цель поднять танк, поднять всё остальное. Мы ставим, прежде всего, цель: отработать все расчёты. Получить практический опыт работы водолазов, операторов подводных аппаратов в открытом море, в условиях открытого моря на глубинах 45-60 метров».
Усложняет работу и то, что водолазам приходится действовать в условиях, когда вокруг большие, сильно повреждённые конструкции. При торпедировании немецкой подлодкой «Томас Дональдсон» распался на несколько частей, а 70 лет в солёной воде не могли не сказаться на прочности металла. С учётом всего этого задача разобрать завалы под водой становится не просто тяжёлой, почти невыполнимой для большинства подводников в мире.
Николай Евменов, командующий Северным флотом: «По результатам данных работ будут подготовлены методические рекомендации по работе водой, в сложных условиях, когда существует опасность разрушенных корабельных конструкций. Когда водолазы ведут работы с тяжёлыми грузами, крупногабаритными, масштабными, как данные танки. Это - по тридцать тонн веса каждый. Закрепляешь, он срывается».
Поднятые два «Шермана» - это лишь половина работы. Всего в этом году водолазы Северного флота поднимут 4 танка из трюмов американского транспорта. Это, фактически, целый взвод.
Как ожидается, в ближайшее время бронетехника будет выгружена в Североморске, после чего она отправится на первичную обработку и частичную реставрацию. Будут ли М4 восстановлены до ходового состояния - ещё не известно, как и то, в какие музеи отправятся эти, так и не повоевавшие участники Великой Отечественной войны.
