Сегодняшнее наше задание заключается в том, чтобы сходить на горизонт минус 10, на 174 разрез, на котором у нас планировалось бурение двух скважин.
Геолог – это разведчик, благодаря его работе полезные ископаемые удаётся добывать без лишних затрат. С помощью расчётов, чертежей, графиков и практических исследований он узнаёт, в каких именно местах есть то, что нужно предприятию.
Норильский никель – горно-металлургическая компания, соответственно, геологи компании ищут под землёй полезные металлы. В Мурманской области работает дочернее предприятие Норникеля – Кольская ГМК, в которой и трудится наш герой. Он – участковый геолог шахты Каула-Котсельваара в Никеле.
Алексей Кучинский, участковый геолог: «Мне посоветовали сюда прийти. Позвонили, сказали – идите сюда, это лучше. Мне нравится больше коммуникация с людьми, когда тебе доходчиво объясняют. Когда ты понимаешь, для чего всё это. Когда изначально приходишь – куда, что, как, а потом начинаешь осознавать, что происходит и для чего это – тогда становится интереснее».
В советах старших Алексей отчаянно нуждается. Ведь он – совсем молодой специалист, в компании – всего год, и вопросов у него возникает, порой, больше, чем ответов.
Где нужно бурить, а где не стоит, на что обратить внимание, какие неточности есть в чертежах – на все вопросы начинающего геолога всегда подробно отвечает Михаил Бутаков – заместитель главного геолога по шахте Каула-Котсельваара. В Кольской ГМК он трудится больше 30-ти лет. За это время Михаил Павлович вырастил не одно поколение геологов.
Михаил Бутаков, зам. главного инженера по шахте Каула-Котсельваара: «В данном случае человек приехал с Сибири. Школа там хорошая. Но недостаток современной школы, который я вижу – это отсутствие практик хороших. Потому что молодым людям сегодня попасть на практику очень сложно».
Алексею Кучинскому повезло. После третьего курса он попал на практику в Кольскую ГМК по программе Норникеля «Профессиональный старт». Тогда он трудился на руднике «Северном», что находится в Заполярном.
Каула-Котсельваара – поменьше размером, и людей здесь трудится не так много. Оттого в коллективе складывается практически семейная атмосфера.
Кабинетной работой участковый геолог не ограничивается. Несколько раз в неделю он спускается в шахту, берёт пробы, записывает данные, смотрит, в каком направлении ещё можно брать пробы. 15 минут на автобусе, ещё несколько минут на клети – так в шахте называют лифт, затем – пешком, с оборудованием, шахтным самоспасателем и фонарём наперевес. Путь может оказаться не очень длинным, а может длиться не один километр.
На конечной точке уже готовы керны – пробы горных пород, который за смену добыл бурильщик. Сегодняшний результат – габра. Это устойчивая порода, но руды в ней нет. Она отличается особой плотностью. Что в составе керна, геологи обычно определяют на глаз. Но проверка лишней не бывает.
Алексей Кучинский, участковый геолог: «Можем сейчас проверить. Обычно с виду видно, что габра. Но, в любом случае, чтобы достоверно знать, надо расколоть. Она ещё не колется иногда».
Горные породы идут слоями. Какой-то определённой хронологии у них нет, и за любым из слоёв может оказаться то, за чем охотятся геологи – руда. В этой профессии есть место и радостям, и разочарованиям. Когда из недр земли появляется то, что несколько дней так усердно искал – удержаться от эмоций не получается.
Алексей Кучинский, участковый геолог: «Особенно, когда массивная руда, радуешься. Ура! Да даже приятно такие пробы отбирать, когда заведомо знаешь, что там руда».
От начала разработки какой-то поверхности до обнаружения руды может пройти и полгода – бурение – процесс не быстрый. Потому нужный результат особенно радует.
Впрочем, на одной работе наш герой не зацикливается. Он – человек творческий, ходит в театральную студию, поёт и даже снимается в собственных музыкальных клипах. Так что даже вдали от родного города-миллионника Красноярска, где родился Алексей, ему есть, чем заняться. А значит молодой специалист закрепился в компании надолго.
