Михаил Аброськин, корреспондент ТВ-21: Говорить факты, озвучивать проблемы, докапываться до их сути - всё это профессия журналиста. Но сегодня я уступаю своё место жителям посёлка Умба. Проблем здесь столько, что уместить их все в один сюжет очень сложно, но мы попробуем.
И первое, куда отправилась наша съёмочная группа, это совхоз - район посёлка, который находится немного в стороне от центра Умбы и, кажется, в стороне от нормальной жизни.
Надежда Буракова: Ни разу, ни ремонта, ничего не делали. А платим! Я плачу содержание ремонт почти 2000.
Мария Медведева: И я плачу. И очень много платим за дом, а стоит он на болоте.
Крыши текут. Летние ремонты не спасают. Стены отсыревают. А по весне талая вода наполняет подвалы этих домов. К слову подвалы открыты, замков на дверях нет.
Вонь в подвале, вонь и в квартирах - течёт старая канализация
Освещение здесь давно не работает. На полу разбросан крысиный яд и всякий хлам. Люди говорят, что власти в курсе, но воз и ныне там. Как и мусор во дворе - о нём тоже вспоминают не часто.
Как часто убирают мусор?
-Раз в неделю, два раза в неделю! Ито убирают только в том случае, если кто-то позвонит. Вот я лично несколько раз звонила, и даже обманывала, что вот тут курят женщины, а я говорю, что подъехала машина, и женщины фотографируют. И вот тогда машину через полчаса дали.
Помойка разрастается. В подвалах плодятся мыши. А людям приходят сумасшедшие счета за тепло. Жители домов винят коммунальщиков. После смены их управляющей компании пропали счётчики, зато появились баснословные суммы в квитанциях.
В прошлом году у нас их сняли, то есть украли. Не предупреждая собственников, ничего не говоря. Мы не знаем, в какое время их сняли, мы не знаем, с какими показаниями их сняли. Сейчас приходит объявление, что у нас будет сумасшедшая корректировка.
Корректировки достигают 30 000 рублей. Не самое дешевое тепло. Кстати производить его будут теперь торфяные котельные. Селяне недоумевают, ведь отапливать дома электричеством вроде бы как дешевле. Тем более что энергии в регионе в избытке. Зачем тогда строить эти дымные котельные?
А это умбская больница. Но рентген здесь сломался, УЗИ куда-то увезли, а из врачей остались только терапевты. Узких специалистов нет. Лекарств не хватает. И говорить здесь об этом вслух и громко, как-то не принято. Вот как нас встречает заместитель главврача больницы:
В здание больницы без разрешения главврача заходить нельзя.
-А мы не имеем право проблемы освещать?
Освещайте. Не надо меня снимать. Я вызываю полицию.
Не любят говорить и об отсутствии транспорта, и об очередях
Большая очередь на анализы. Чтобы сдать анализ крови на сахар и гормоны, нужно ждать полгода. И даже больше. Поэтому приходится ехать в другие города, проходить платно.
Насокращались. Санитарок нет. Бывает ночью остаётся одна медсестра. А как вы справляетесь? Я не знаю! Как-то справляемся!
Транспорт очень плохо ремонтируется. Запчастей практически не дают. Бывает такое, что машина работает всего одна. Остальные поломаны.
Фельдшеры вынуждены сами добираться к больным. А если случится что-то экстренное, человека придётся везти в районную больницу за 100 километров. И не важно: инсульт, инфаркт или аппендицит - терпеть придётся несколько часов.
Михаил Аброськин, корреспондент ТВ-21: И последняя в этом сюжете, но не последняя для Умбы проблема, это, конечно же, дороги. Добраться до посёлка из Кандалакши, если прошел грейдер только что, машины могут. Но чтобы разъехаться, машины должны съехать на обочину. Схожая ситуация и в самом посёлке. И даже люди, чтобы пройти здесь, должны тщательно выбирать себе дорогу.
Михаил Аброськин, корреспондент ТВ-21: И в завершение, очевидно, что люди открыто говорят о своих проблемах. Но самое главное они готовы их решать. Очередь за властями. Чтобы привлечь внимание последних, мы разместим здесь вот такой хэш-тэг.
Михаил Аброськин, Константин Кабанец, Илья Курмашев, ТВ-21, Умба.
