Трагедия одного дома

В одной из пятиэтажек поселка Молочный поселился домовой. С письмом в нашу редакцию обратились соседи. Уже два месяца пенсионер Вацлав Сенкевич живет на лестничной площадке

 В одной из пятиэтажек поселка Молочный поселился домовой. С письмом в нашу редакцию обратились соседи. Уже два месяца пенсионер Вацлав Сенкевич живет на лестничной площадке. Жители этого дома обращались в социальную службу, к врачам, милиции и даже ходили в прокуратуру, но лето сменила осень, а пенсионер по прежнему ночует в подъезде.

Вацлав Сенкевич родом из Белоруссии. Приехал сорок лет назад служить в Североморск, потом жил в Полярном. Когда служба закончилась, начал ходить в море и отдал ему 30 лет жизни. Нашел подругу, с ней вместе поселился в поселке Молочный, в ныне запертой на ключ квартире №38. Женщина два года назад умерла.

Проза жизни - нет прописки. Сын супруги захотел продать квартиру, и предупредил об этом отчима. Но уже хорошо пьющий мужчина словам значения не придал, пасынок ушел в море, а Вацлав Сенкевич оказался на улице.

Соседи хоть и осуждают мужчину за аморальное прошлое, да что теперь поделаешь. От сумы и от тюрьмы никто не застрахован. И помогают кто чем может. Кормят по очереди, вызывают врача. А месяц назад домового избили.

После того, как пенсионера врачи вернули на лестницу выяснилось — у него нет документов. Вызвали социальных работников. И вот уже полтора месяца мужчине восстанавливают паспорт. Даже в общежитие его никто не может устроить. В подъезде отопления нет, у пенсионера боли, распухла рука, постоянная высокая температура, но скорая приезжает по вызову, говорит его жизни ничто не угрожает, и оставляет на лестнице. То есть заночевать на больничной койке Вацлав Сенкевич по российскому закону может разве что при смерти. Между тем в Белоруссии его ждет брат, готовый встретить и принять. Но без бумажки на родину ходу нет.

Мы обратились в социальную службу, где подтвердили, что проблемой пенсионера Вацлава Сенкевича занимаются. Медлит служба УФМС, которая восстанавливает документы в городе Полярном. И до тех пор, пока будет идти бюрократическая волокита, пенсионеру придется жить на лестнице. Кто знает, сколько еще протянет пожилой человек — две недели, месяц. Бумажные дела, как известно, могут решаться бесконечно.

Архив новостей

X