История в металле. Часть 7

<p><span style="text-align: justify;">Перестройка в Советском Союзе. Вторая половина 80-х годов. Отношению к этому периоду и раньше было, и сейчас остается неоднозначным. Кто-то уверен, что эти изменения должны были произойти.</span></p>

Перестройка в Советском Союзе. Вторая половина 80-х годов. Отношению к этому периоду и раньше было, и сейчас остается неоднозначным. Кто-то уверен, что эти изменения должны были произойти. Кто-то полагает, что можно было реформировать страну по-другому. Но история не терпит сослагательного наклонения. Механизмы, запущенные в годы перестройки привели, в конечном итоге, к краху всей социалистической модели экономики. Распалась советская империя, новая Россия начала переход на рыночные рельсы.

Норильский горно-обогатительный комбинат в середине 80-х годов был на пике своей производительности. Еще недавно ударные комсомольские стройки – рудники, фабрики, заводы - пущены в эксплуатацию. И это уже сказывается на объемах производимых металлов.

Норильский комбинат гремит на всю страну, Надеждинский металлургический завод полностью введен в строй, получена первая руда Таймырского рудника, а комбинат получает свою третью награду – орден Октябрьской революции.

Борьба за тонны металла, борьба с суровой природой, для норильчан стало нормой и в будничной жизни, наполненной большими и малыми добрыми делами.

Руда, добываемая в недрах Таймырских гор поступает в горячий цех «Печенганикель». Файнштейн, богатый цветными металлами превращается в готовую продукцию в Мончегорске – на комбинате «Североникель». Предприятия пока разные, но подчиняются единому министерству цветных металлов. Правительство зорко следит за выполнением плана. Но выполнять его с каждым годом становится все трудней.

В 1987 году на Кольский полуостров приезжает генеральный секретарь ЦК коммунистической партии Советского Союза Михаил Горбачев. В Мурманске он посещает порт, новостройки, а затем едет в Мончегорск – на «Североникель». Здесь автора перестройки уже ждут - и начальство, и простые рабочие.

Визит Горбачева в Мончегорск стал большим событием для города, и для комбината. Редчайший случай - безостановочное производство было остановлено.

Алексей Кривоконь, в 90-е годы, директор Мончегорского политехнического техникума: «За два дня до его визита, комбинат был отключен, на все опасные производства, типа склада хлора и тому подобное сели ответственные люди из спецорганов, ну он ознакомился с практически неработающим комбинатом».

Ситуация на «Североникеле» сложная - не всегда выполняется план, проблема экологии острейшая, и все же комбинат, хотя и с трудом, выходит из критической ситуации, его перестройка только начинается.

Горбачев провел на «Североникеле» большое совещание партхозактива по проблемам всех металлургии страны. А во время встречи в цехах комбинат, убеждал рабочих, что перестройка необходима.

В стране начинается борьба за качество, вводится госприемка. Специальные комиссии на предприятиях проверяют, все ли делается качественно. Отдача есть, но мала.

Через год после визита в Мончегорск и Мурманск Горбачев прилетел в Норильск и так же сломал всю заготовленную программу. Вместо совещания и визита на комбинат – отправился в народ, беседовать с норильчанами, смотреть, что продается в норильских магазинах.

Екатерина Синеокова, заведующая отделом Музея истории развития Норильского промышленного района: «Он сделал несколько остановок, пока двигался, сначала у одного крупного магазина, пошел в народ пообщался, спрашивал какие проблемы. Тогда же прозвучала фраза у Горбачева, которая тоже ушла в народ, он при жалобе на начальников, говорил – давайте вместе объединимся - вы их снизу, а мы их сверху».

Был ли прок от визита Горбачева в Мончегорск и Норильск – трудно сказать. Ситуация не улучшилась – менее, чем через год начались забастовки металлургов.

Екатерина Синеокова, заведующая отделом Музея истории развития Норильского промышленного района: «Ночью, 3 апреля около 300 горняков ночная смена не вышли на работу, не приступили и затем пола волна – и затем забастовали другие рудники «Октябрьский», «Маяк» и эта забастовка продлилась 6 дней».

Рабочие требовали повышения зарплаты и улучшения условий труда. Тогда руководству комбината удалось с бастующими договориться.

1989 год, в стране происходит структурная перестройка всей экономики и в том числе тяжелой промышленности, совет министров СССР принимает постановление о создании государственного концерна по производству металлов «Норильский никель». В него входят несколько крупнейших предприятий - Норильский комбинат, комбинаты «Печенганикель» и «Североникель», Оленегорский механический завод, Красноярский завод по обработке и переработке цветных металлов и институт «Гипроникель».

Ветер демократии проносится по некогда закрытым стратегическим предприятиям. На комбинатах проходят выборы. Эта еще одна придумка Горбачева - мол, каждый руководитель обязан пройти «горнило народного доверия». В Норильске генеральным директором избирают Анатолия Филатова. Времена становились все тяжелей.

Анатолий Филатов, генеральный директор Норильского горно-обогатительного комбината: «Мы получили такую свободу, которой раньше не имели. Однако непросто работать в условиях, когда правительство страны одной рукой дает производителю «зеленую улицу», а другой протягивает на его пути колючую проволоку».

В Мончегорске – тоже конференция трудового коллектива и тоже выборы. Директором комбината избирается Василий Худяков. К этому времени «Североникель» достигает наибольших объемов производства.

Но в стране растут политическая неразбериха, а за ней и экономическая. Связи между предприятиями рвутся. И это отражается на производстве. В 91-м комбинаты «Печенганикель» и «Североникель» из-за отсутствия технологических материалов, в первую очередь, соды вынуждены были несколько раз останавливать производство.

В газетах пишут: «Труд горняка и металлурга значительно обесценен. Чтобы сохранить уровень заработной платы, комбинату надо сократить полторы тысячи работников. А кто будет работать? Куда деть «лишних» людей?»

Норильские горняки снизили добычу руды - возник дефицит сырья, в том числе и на предприятиях Кольского полуострова.

Игорь Блатов, генеральный директор комбината «Печенганикель» (1993 год): «Давайте говорить, что в лучшие годы комбинат «Североникель» выпускал 150 тонн никеля, мы ему можем дать 35 тонн, норильский вообще может не дать, вот падение почти в пять раз»

Советский Союз рушится, в стране начинается акционирование и приватизация. Комиссию по приватизации концерна «Норильский никель» возглавляет Анатолий Чубайс. Было решено, что 51 процент голосующих акций остается в собственности государства, а часть именных привилегированных акций, составляющих 25 процентов уставного капитала, безвозмездно передается членам трудовых коллективов. Купить акции можно было как за деньги, так и за ваучеры.

Екатерина Синеокова, заведующая отделом Музея истории развития Норильского промышленного района: «Естественно, сначала акции скупали, а потом уже кто-то продавал кто-то копил».

В итоге приватизации владельцами акций «Норильского никеля» стали более 250 тысяч человек. Контрольный пакет акций РАО, закрепленный в федеральной собственности, в ноябре 1995 года был выставлен на залоговый аукцион. По его результатам стал номинальным держателем контрольного пакета акций РАО «Норильский никель» стал ОНЭКСИМ Банк.

Но экономика металлургических гигантов в первые годы после приватизации все равно не складывалась. Производство катастрофически сокращалось, митинговая активность нарастала. Очень многое зависело от общей ситуации в стране, но значение имело и то, что за человек стоит во главе производства.

В июле 96 года на «Североникель» был назначен Джонсон Хагажеев. Через год его назначили в Норильск. В сложнейшие времена он, по сути, стал антикризисным менеджером. Он пришел на комбинат с лозунгом: «Дайте мне год без забастовок, и вы не узнаете Норильска!»

Екатерина Зима, младший научный сотрудник Музея истории развития Норильского промышленного района: «Действительно он был суровым, был требовательным руководителем, его как и боялись так и уважали очень сильно за его ум, за его упорство».

Нынешнему генеральному директору Заполярного филиала «Норникеля» Александру Рюмину пришлось работать под началом Джонсона Хагажеева.

Александр Рюмин, генеральный директор Заполярного филиала ГМК «Норильский никель»: «Команда, которую создал Хагажеев, которую нацелил на производство – выходных у меня не было, рабочий день был до 22, это было нормально, в субботу раньше 16 – нет, воскресенье было до обеда - это был праздник».

Вот как вспоминает свою работу в конце 90-х сам Джонсон Хагажеев: «Я иногда по месяцу не появлялся в кабинете, жил с рабочими, дневал и ночевал в цехах. Бумаги подписывал в главных пролетах плавильных цехов. Если руководитель доступен для простого рабочего, значит, он информирован, а если хорошо информирован, значит, может быстро принимать правильные решения».

И дела пошли. Забастовки прекратились, производственные показатели стали улучшаться. Во многом это была заслуга и новых владельцев «Норильского никеля», менеджеров, до продажи продукции на мировом рынке.

Александр Рюмин, генеральный директор Заполярного филиала ГМК «Норильский никель»: «Комбинат просто расправил плечи и вылезал из этой ямы, все показатели росли, росли производственные качественные показатели. Несколько лет подряд просто был рост, рост, рост. Это было просто качественное рождение – вот в моем понимании , это было качественное рождение комбината».

20 век принесет новые успехи, новые трудовые победы. Несмотря на кризисы, нестабильный спрос и скачки цен на цветные металлы – позитивное развитие предприятий «Норникеля» продолжалось.

Строились новые рудники, вводилось в строй новое оборудование, совершенствовался труд горняков и металлургов. А значит, развивались и города, на территории которых располагаются металлургические комбинаты.

Архив новостей

X